Под лупой комментария

Под лупой комментария

Под лупой комментария

Под лупой комментария

    Под лупой комментария

    Под лупой комментария

    Под лупой комментария

    Под лупой комментария

    Слова

    Темы: Новый быт: как и где жили, Быт и хозяйство

    Уборная, клозет

    Слова

    Темы: Новый быт: как и где жили, Быт и хозяйство

    Уборная, клозет

    Автор: Анастасия Смирнова
    Уборная (также отхожее место, нужник, сортир, клозет) – помещение для отправления естественных надобностей, туалет. В 20-30-е годы XX века в литературе, показывающей быт коммунальной квартиры, эта часть жилого помещения, как и другие места «общего пользования», упоминается, в отличие от литературы XIX века, часто, и, как правило, в сатирическом контексте.
    Уборная становится не только местом встреч жильцов коммунальной квартиры, но и пространством, провоцирующим бурные конфликты:
    «В смысле отношений между жильцами это была не квартира, а пороховой погреб. Не проходило ни одного дня, чтобы в том или другом месте порох не взрывался, так как все его держали сухим. Предлоги для взрыва являлись сами собой на каждом шагу. Во-первых, та же уборная: с утра около нее выстраивалась целая очередь торопившихся на службу граждан, при чем некоторые выказывали особенную нетерпеливость, и, не успевал очередной войти и затвориться, как через минуту уже десяток кулаков стучали в дверь и напоминали ему, что он не у себя в гостиной. Когда же туда скрывался тот, кто иногда кричал больше всех, и застревал там, то кричали уже на него» П. Романов. Товарищ Кисляков (Три пары шелковых чулок), 1930
    В некоторых художественных текстах действие начинается с уборной, и таким образом эта интимная зона человеческого жилища оказывается на первом плане.
    «Дверь с надписью “Мужская уборная” хлопнула, вышел помощник главного бухгалтера Жуков, застегнул китель, подошел к курьерше и хлопнул ее кулаком, произнеся такой спич: – Не читай во время дежурства книг! Не читай!! Это дело не курьерское, а смотри, что делается в уборной! В уборной!!» М. А. Булгаков. Кулак бухгалтера, 1925
    «Он поет по утрам в клозете. Можете представить себе, какой это жизнерадостный, здоровый человек. Желание петь возникает в нем рефлекторно. Эти песни его, в которых нет ни мелодии, ни слов, а есть только одно "та-ра-ра", выкрикиваемое им на разные лады, можно толковать так: "Как мне приятно жить... та-ра! та-ра!.. Мой кишечник упруг... ра-та-та-та-ра-ри... Правильно движутся во мне соки... ра-та-та-ду-та-та... Сокращайся, кишка, сокращайся... трам-ба-ба-бум!"» Ю. Олеша. Зависть, 1927
    Пространство, которое должно иметь статус интимности, в коммунальной квартире попадает в поле общего внимания жильцов. В пьесе Н. Р. Эрдмана «Самоубийца», боясь, что в уборной заперся Семен Семенович Подсекальников, жильцы коммунальной квартиры стерегут его у запертой двери и испуганно прислушиваются к раздающимся из уборной звукам.
    В связи с этим местом общего пользования нередко возникает мотив разрухи. Во-первых, живущий в коммунальной квартире «новый человек» не умеет пользоваться благами цивилизации:
    «Если я, ходя в уборную, начну, извините меня за выражение, мочиться мимо унитаза и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, в уборной получится разруха. Следовательно, разруха сидит не в клозетах, а в головах!..» М. А. Булгаков. Собачье сердце, 1925
    Кроме того, к концу Гражданской войны коммунальное хозяйство приходит в состояние хаоса, в домах не работает отопление, водопроводные и канализационные трубы замерзают:
    «Время было грозное и первобытное <...> Город не подходил к новому быту <...> Лопнули водопроводы, замерзли клозеты. Страшно, когда человеку выйти некуда. Мой друг <...> говорил, что он завидует собакам, которым не стыдно...» В. Б. Шкловский. Сентиментальное путешествие, 1923
    «Как люди плохо живут сейчас. У многих квартиры залиты нечистотами. Водопроводы и уборные не действуют. Для последних отводятся пустующие комнаты. За недостатком дров сжигается последняя мебель, срываются двери, разламываются потолки... Везде грязь, мерзость запустения» Г. А. Князев. Из записной книжки русского интеллигента, 1915-1922
    Неслучайно, знакомясь с «аристократкой», герой рассказа М. М. Зощенко первым делом интересуется:
    «Дескать, как у вас, гражданка, в смысле порчи водопровода и уборной? Действует?»
    В этой связи профессия водопроводчика, выполняющего функции и сантехника, оказывается очень востребованной; художественная литература это отражает.

    БиблиографиЯ

    Кувшинов Ф.В. «Низкие» топосы коммунальной квартиры в русской прозе 1920—1930-х гг. // ВЕСТНИК ВГУ. СЕРИЯ: ФИЛОЛОГИЯ. ЖУРНАЛИСТИКА. 2016. № 1
    Лебина Н. Советская повседневность: нормы и аномалии. От военного коммунизма к большому стилю. М.: Новое литературное обозрение, 2015
    Орлов И. Б. Коммунальная страна: становление советского жилищно-коммунального хозяйства (1917–1941). М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015
    «…у каждой семьи был свой персональный деревянный круг для унитаза. И порой, когда одна соседка брела в уборную, а на руке у нее наперевес висел круг, она встречалась с другой соседкой, которая плелась из уборной с таким же кругом, болтавшимся на локте. «Воронью слободку» из «Золотого теленка» я представляю именно так»
    Эльдар Рязанов. Подведенные итоги, 2000
    Владимир Пейда, 1952 Источник: Общественное достояние
    Опубликовано 11 February 2026